Последний штат присоединившийся к США

гавайи

штат США, присоединившийся последним

Альтернативные описания

• штат США, на Гавайских островах, административный центр — Гонолулу

• штат США

• фильм Джорджа Роя Хилла

• ближайший к экватору штат США

• у этого штата США есть прозвище «штат любви»

• 50-я звезда на флаге США

• это единственный штат США, который ранее был самостоятельной монархией

• на каких островах находится Гонолулу?

• в каком американском штате происходит действие мультфильма «Лило и Стич»?

• самый молодой штат США

• у какого американского штата столица Гонолулу?

• гонолулу, острова

• островной штат США

• островной курортный штат США

• чуть южнее Гонолулу

• штат

• родной штат Барака Обамы

• «штат Алоха»

• пятидесятый штат США

• единственный островной штат США

• американский остров

• курортный остров США

• островной штат в США

• штат США со столицей Гонолулу

• штат в США

• острова, воспетые Пресли

• отдельно расположенный штат США

• остров в Тихом океане

• один из пятидесяти в США

• отдельно расположенный южный штат США

• Самый крупный из Сандвичевых островов

• Островной штат в США

• Штат в США

• Остров в Тихом океане

Список штатов США по дате присоединения

Это список американских штатов по дате принятия в Союз.

4 июля 1776 года тринадцать колоний подписали Декларацию независимости и официально объявили о непризнании власти Великобритании. Результатом этих шагов явилось создание Соединённых Штатов Америки и война за независимость США. Остальные британские колонии в Северной и Центральной Америке (пять колоний, расположенных на территории современной Канады, две колонии, впоследствии ставшие штатом Флорида, восемь колоний, расположенных на островах Карибского моря и Бермудские Острова) к революции не присоединились, сохранив верность британской короне.

К концу июня 1788 года штаты Мэриленд, Южная Каролина и Нью-Гемпшир дали своё согласие, удовлетворяющее требованиям для ратификации девяти колоний. После этого Конституция юридически вступила в силу. Но избиратели двух крупных штатов — Нью-Йорка и Виргинии — не приняли решение, так же, как и двух небольших штатов — Северной Каролины и Род-Айленда. Было ясно, что без согласия Нью-Йорка и Виргинии конституция может быть не принята.


# Флаг Штат Дата ратификации конституции Предыдущая история
(штаты и территории)
С.
Конституция вступила в силу после её ратификации девятью из тринадцати штатов.
1 Делавэр 7 декабря 1787 «Нижние графства» Делавэрской колонии
2 Пенсильвания 12 декабря 1787 Провинция Пенсильвания
3 Нью-Джерси 18 декабря 1787 Провинция Нью-Джерси
4 Джорджия 2 января 1788 Провинция Джорджия
5 Коннектикут 9 января 1788 Колония Коннектикут
6 Массачусетс 6 февраля 1788 Провинция Массачусетс-Бэй
7 Мэриленд 28 апреля 1788 Провинция Мэриленд
8 Южная Каролина 23 мая 1788 Провинция Южная Каролина
9 Нью-Гэмпшир 21 июня 1788 Провинция Нью-Гэмпшир
10 Виргиния 25 июня 1788 Колония Виргиния
11 Нью-Йорк 26 июля 1788 Провинция Нью-Йорк
12 Северная Каролина 21 ноября 1789 Провинция Северная Каролина
13 Род-Айленд 29 мая 1790 Колония Род-Айленд и Провиденские плантации
Новые штаты, присоединившиеся к тринадцати колониям.
# Флаг Штат Дата присоединения Предыдущая история
(штаты и территории)
С.
14 Вермонт 4 марта 1791 Республика Вермонт
15 Кентукки 1 июня 1792 Часть Виргинии, отделилась с согласия Генеральной ассамблеи штата
16 Теннесси 1 июня 1796 Юго-западные территории
17 Огайо 1 марта 1803 Северно-западная территория
18 Луизиана 30 апреля 1812 Орлеанская территория
19 Индиана 11 декабря 1816 Территория Индиана
20 Миссисипи 10 декабря 1817 Территория Миссисипи
21 Иллинойс 3 декабря 1818 Территория Иллинойс
22 Алабама 14 декабря 1819 Территория Алабама
23 Мэн 15 марта 1820 Часть Массачусетса, отделившаяся с согласия законодательного собрания штата
24 Миссури 10 августа 1821 Юго-восточная часть территории Миссури
25 Арканзас 15 июня 1836 Территория Арканзас
26 Мичиган 26 января 1837 Территория Мичиган
27 Флорида 3 марта 1845 Территория Флорида
28 Техас 29 декабря 1845 Республика Техас
29 Айова 28 декабря 1846 Территория Айова
30 Висконсин 29 мая 1848 Территория Висконсин
31 Калифорния 9 сентября 1850 Военный округ Калифорния
32 Миннесота 11 мая 1858 Территория Миннесота
33 Орегон 14 февраля 1859 Территория Орегон
34 Канзас 29 января 1861 Территория Канзас
35 Западная Виргиния 20 июня 1863 Часть Виргинии, отделившаяся с согласия про-союзного правительства штата
36 Невада 31 октября 1864 Территория Невада
37 Небраска 1 марта 1867 Территория Небраска
38 Колорадо 1 августа 1876 Территория Колорадо
39 Северная Дакота 2 ноября 1889 Территория Дакота
40 Южная Дакота 2 ноября 1889 Территория Дакота
41 Монтана 8 ноября 1889 Территория Монтана
42 Вашингтон 11 ноября 1889 Территория Вашингтон
43 Айдахо 3 июля 1890 Территория Айдахо
44 Вайоминг 10 июля 1890 Территория Вайоминг
45 Юта 4 января 1896 Территория Юта
46 Оклахома 16 ноября 1907 Территория Оклахома и Индейская территория
47 Нью-Мексико 6 января 1912 Территория Нью-Мексико
48 Аризона 14 февраля 1912 Территория Аризона
49 Аляска 3 января 1959 Территория Аляска
50 Гавайи 21 августа 1959 Территория Гавайи

Отрывок, характеризующий Список штатов США по дате присоединения

– Что ж, ты отказываешь князю Андрею? – сказала Соня.
– Ах, ты ничего не понимаешь, ты не говори глупости, ты слушай, – с мгновенной досадой сказала Наташа.
– Нет, я не могу этому верить, – повторила Соня. – Я не понимаю. Как же ты год целый любила одного человека и вдруг… Ведь ты только три раза видела его. Наташа, я тебе не верю, ты шалишь. В три дня забыть всё и так…
– Три дня, – сказала Наташа. – Мне кажется, я сто лет люблю его. Мне кажется, что я никого никогда не любила прежде его. Ты этого не можешь понять. Соня, постой, садись тут. – Наташа обняла и поцеловала ее.
– Мне говорили, что это бывает и ты верно слышала, но я теперь только испытала эту любовь. Это не то, что прежде. Как только я увидала его, я почувствовала, что он мой властелин, и я раба его, и что я не могу не любить его. Да, раба! Что он мне велит, то я и сделаю. Ты не понимаешь этого. Что ж мне делать? Что ж мне делать, Соня? – говорила Наташа с счастливым и испуганным лицом.
– Но ты подумай, что ты делаешь, – говорила Соня, – я не могу этого так оставить. Эти тайные письма… Как ты могла его допустить до этого? – говорила она с ужасом и с отвращением, которое она с трудом скрывала.
– Я тебе говорила, – отвечала Наташа, – что у меня нет воли, как ты не понимаешь этого: я его люблю!
– Так я не допущу до этого, я расскажу, – с прорвавшимися слезами вскрикнула Соня.
– Что ты, ради Бога… Ежели ты расскажешь, ты мой враг, – заговорила Наташа. – Ты хочешь моего несчастия, ты хочешь, чтоб нас разлучили…
Увидав этот страх Наташи, Соня заплакала слезами стыда и жалости за свою подругу.
– Но что было между вами? – спросила она. – Что он говорил тебе? Зачем он не ездит в дом?
Наташа не отвечала на ее вопрос.
– Ради Бога, Соня, никому не говори, не мучай меня, – упрашивала Наташа. – Ты помни, что нельзя вмешиваться в такие дела. Я тебе открыла…
– Но зачем эти тайны! Отчего же он не ездит в дом? – спрашивала Соня. – Отчего он прямо не ищет твоей руки? Ведь князь Андрей дал тебе полную свободу, ежели уж так; но я не верю этому. Наташа, ты подумала, какие могут быть тайные причины ?

Наташа удивленными глазами смотрела на Соню. Видно, ей самой в первый раз представлялся этот вопрос и она не знала, что отвечать на него.
– Какие причины, не знаю. Но стало быть есть причины!
Соня вздохнула и недоверчиво покачала головой.
– Ежели бы были причины… – начала она. Но Наташа угадывая ее сомнение, испуганно перебила ее.
– Соня, нельзя сомневаться в нем, нельзя, нельзя, ты понимаешь ли? – прокричала она.
– Любит ли он тебя?
– Любит ли? – повторила Наташа с улыбкой сожаления о непонятливости своей подруги. – Ведь ты прочла письмо, ты видела его?
– Но если он неблагородный человек?
– Он!… неблагородный человек? Коли бы ты знала! – говорила Наташа.
– Если он благородный человек, то он или должен объявить свое намерение, или перестать видеться с тобой; и ежели ты не хочешь этого сделать, то я сделаю это, я напишу ему, я скажу папа, – решительно сказала Соня.
– Да я жить не могу без него! – закричала Наташа.
– Наташа, я не понимаю тебя. И что ты говоришь! Вспомни об отце, о Nicolas.
– Мне никого не нужно, я никого не люблю, кроме его. Как ты смеешь говорить, что он неблагороден? Ты разве не знаешь, что я его люблю? – кричала Наташа. – Соня, уйди, я не хочу с тобой ссориться, уйди, ради Бога уйди: ты видишь, как я мучаюсь, – злобно кричала Наташа сдержанно раздраженным и отчаянным голосом. Соня разрыдалась и выбежала из комнаты.
Наташа подошла к столу и, не думав ни минуты, написала тот ответ княжне Марье, который она не могла написать целое утро. В письме этом она коротко писала княжне Марье, что все недоразуменья их кончены, что, пользуясь великодушием князя Андрея, который уезжая дал ей свободу, она просит ее забыть всё и простить ее ежели она перед нею виновата, но что она не может быть его женой. Всё это ей казалось так легко, просто и ясно в эту минуту.
В пятницу Ростовы должны были ехать в деревню, а граф в среду поехал с покупщиком в свою подмосковную.
В день отъезда графа, Соня с Наташей были званы на большой обед к Карагиным, и Марья Дмитриевна повезла их. На обеде этом Наташа опять встретилась с Анатолем, и Соня заметила, что Наташа говорила с ним что то, желая не быть услышанной, и всё время обеда была еще более взволнована, чем прежде. Когда они вернулись домой, Наташа начала первая с Соней то объяснение, которого ждала ее подруга.
– Вот ты, Соня, говорила разные глупости про него, – начала Наташа кротким голосом, тем голосом, которым говорят дети, когда хотят, чтобы их похвалили. – Мы объяснились с ним нынче.
– Ну, что же, что? Ну что ж он сказал? Наташа, как я рада, что ты не сердишься на меня. Говори мне всё, всю правду. Что же он сказал?
Наташа задумалась.
– Ах Соня, если бы ты знала его так, как я! Он сказал… Он спрашивал меня о том, как я обещала Болконскому. Он обрадовался, что от меня зависит отказать ему.
Соня грустно вздохнула.
– Но ведь ты не отказала Болконскому, – сказала она.
– А может быть я и отказала! Может быть с Болконским всё кончено. Почему ты думаешь про меня так дурно?
– Я ничего не думаю, я только не понимаю этого…
– Подожди, Соня, ты всё поймешь. Увидишь, какой он человек. Ты не думай дурное ни про меня, ни про него.

– Я ни про кого не думаю дурное: я всех люблю и всех жалею. Но что же мне делать?
Соня не сдавалась на нежный тон, с которым к ней обращалась Наташа. Чем размягченнее и искательнее было выражение лица Наташи, тем серьезнее и строже было лицо Сони.
– Наташа, – сказала она, – ты просила меня не говорить с тобой, я и не говорила, теперь ты сама начала. Наташа, я не верю ему. Зачем эта тайна?
– Опять, опять! – перебила Наташа.
– Наташа, я боюсь за тебя.
– Чего бояться?
– Я боюсь, что ты погубишь себя, – решительно сказала Соня, сама испугавшись того что она сказала.
Лицо Наташи опять выразило злобу.
– И погублю, погублю, как можно скорее погублю себя. Не ваше дело. Не вам, а мне дурно будет. Оставь, оставь меня. Я ненавижу тебя.
– Наташа! – испуганно взывала Соня.
– Ненавижу, ненавижу! И ты мой враг навсегда!
Наташа выбежала из комнаты.
Наташа не говорила больше с Соней и избегала ее. С тем же выражением взволнованного удивления и преступности она ходила по комнатам, принимаясь то за то, то за другое занятие и тотчас же бросая их.
Как это ни тяжело было для Сони, но она, не спуская глаз, следила за своей подругой.
Накануне того дня, в который должен был вернуться граф, Соня заметила, что Наташа сидела всё утро у окна гостиной, как будто ожидая чего то и что она сделала какой то знак проехавшему военному, которого Соня приняла за Анатоля.
Соня стала еще внимательнее наблюдать свою подругу и заметила, что Наташа была всё время обеда и вечер в странном и неестественном состоянии (отвечала невпопад на делаемые ей вопросы, начинала и не доканчивала фразы, всему смеялась).
После чая Соня увидала робеющую горничную девушку, выжидавшую ее у двери Наташи. Она пропустила ее и, подслушав у двери, узнала, что опять было передано письмо. И вдруг Соне стало ясно, что у Наташи был какой нибудь страшный план на нынешний вечер. Соня постучалась к ней. Наташа не пустила ее.
«Она убежит с ним! думала Соня. Она на всё способна. Нынче в лице ее было что то особенно жалкое и решительное. Она заплакала, прощаясь с дяденькой, вспоминала Соня. Да это верно, она бежит с ним, – но что мне делать?» думала Соня, припоминая теперь те признаки, которые ясно доказывали, почему у Наташи было какое то страшное намерение. «Графа нет. Что мне делать, написать к Курагину, требуя от него объяснения? Но кто велит ему ответить? Писать Пьеру, как просил князь Андрей в случае несчастия?… Но может быть, в самом деле она уже отказала Болконскому (она вчера отослала письмо княжне Марье). Дяденьки нет!» Сказать Марье Дмитриевне, которая так верила в Наташу, Соне казалось ужасно. «Но так или иначе, думала Соня, стоя в темном коридоре: теперь или никогда пришло время доказать, что я помню благодеяния их семейства и люблю Nicolas. Нет, я хоть три ночи не буду спать, а не выйду из этого коридора и силой не пущу ее, и не дам позору обрушиться на их семейство», думала она.
Анатоль последнее время переселился к Долохову. План похищения Ростовой уже несколько дней был обдуман и приготовлен Долоховым, и в тот день, когда Соня, подслушав у двери Наташу, решилась оберегать ее, план этот должен был быть приведен в исполнение. Наташа в десять часов вечера обещала выйти к Курагину на заднее крыльцо. Курагин должен был посадить ее в приготовленную тройку и везти за 60 верст от Москвы в село Каменку, где был приготовлен расстриженный поп, который должен был обвенчать их. В Каменке и была готова подстава, которая должна была вывезти их на Варшавскую дорогу и там на почтовых они должны были скакать за границу.

У Анатоля были и паспорт, и подорожная, и десять тысяч денег, взятые у сестры, и десять тысяч, занятые через посредство Долохова.
Два свидетеля – Хвостиков, бывший приказный, которого употреблял для игры Долохов и Макарин, отставной гусар, добродушный и слабый человек, питавший беспредельную любовь к Курагину – сидели в первой комнате за чаем.
В большом кабинете Долохова, убранном от стен до потолка персидскими коврами, медвежьими шкурами и оружием, сидел Долохов в дорожном бешмете и сапогах перед раскрытым бюро, на котором лежали счеты и пачки денег. Анатоль в расстегнутом мундире ходил из той комнаты, где сидели свидетели, через кабинет в заднюю комнату, где его лакей француз с другими укладывал последние вещи. Долохов считал деньги и записывал.
– Ну, – сказал он, – Хвостикову надо дать две тысячи.
– Ну и дай, – сказал Анатоль.
– Макарка (они так звали Макарина), этот бескорыстно за тебя в огонь и в воду. Ну вот и кончены счеты, – сказал Долохов, показывая ему записку. – Так?
– Да, разумеется, так, – сказал Анатоль, видимо не слушавший Долохова и с улыбкой, не сходившей у него с лица, смотревший вперед себя.
Долохов захлопнул бюро и обратился к Анатолю с насмешливой улыбкой.
– А знаешь что – брось всё это: еще время есть! – сказал он.
– Дурак! – сказал Анатоль. – Перестань говорить глупости. Ежели бы ты знал… Это чорт знает, что такое!
– Право брось, – сказал Долохов. – Я тебе дело говорю. Разве это шутка, что ты затеял?
– Ну, опять, опять дразнить? Пошел к чорту! А?… – сморщившись сказал Анатоль. – Право не до твоих дурацких шуток. – И он ушел из комнаты.
Долохов презрительно и снисходительно улыбался, когда Анатоль вышел.
– Ты постой, – сказал он вслед Анатолю, – я не шучу, я дело говорю, поди, поди сюда.
Анатоль опять вошел в комнату и, стараясь сосредоточить внимание, смотрел на Долохова, очевидно невольно покоряясь ему.
– Ты меня слушай, я тебе последний раз говорю. Что мне с тобой шутить? Разве я тебе перечил? Кто тебе всё устроил, кто попа нашел, кто паспорт взял, кто денег достал? Всё я.
– Ну и спасибо тебе. Ты думаешь я тебе не благодарен? – Анатоль вздохнул и обнял Долохова.
– Я тебе помогал, но всё же я тебе должен правду сказать: дело опасное и, если разобрать, глупое. Ну, ты ее увезешь, хорошо. Разве это так оставят? Узнается дело, что ты женат. Ведь тебя под уголовный суд подведут…
– Ах! глупости, глупости! – опять сморщившись заговорил Анатоль. – Ведь я тебе толковал. А? – И Анатоль с тем особенным пристрастием (которое бывает у людей тупых) к умозаключению, до которого они дойдут своим умом, повторил то рассуждение, которое он раз сто повторял Долохову. – Ведь я тебе толковал, я решил: ежели этот брак будет недействителен, – cказал он, загибая палец, – значит я не отвечаю; ну а ежели действителен, всё равно: за границей никто этого не будет знать, ну ведь так? И не говори, не говори, не говори!
– Право, брось! Ты только себя свяжешь…
– Убирайся к чорту, – сказал Анатоль и, взявшись за волосы, вышел в другую комнату и тотчас же вернулся и с ногами сел на кресло близко перед Долоховым. – Это чорт знает что такое! А? Ты посмотри, как бьется! – Он взял руку Долохова и приложил к своему сердцу. – Ah! quel pied, mon cher, quel regard! Une deesse!! A?
Долохов, холодно улыбаясь и блестя своими красивыми, наглыми глазами, смотрел на него, видимо желая еще повеселиться над ним.
– Ну деньги выйдут, тогда что?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *